вторник, 18 июня 2013 г.

Панова и Ройзман: паника перед судом запредельная, но всем наскучила?

По мере приближения даты суда над бывшим главным редактором агентства Ура.ру Оксаной Рашидовной Пановой, все более отчетливым становится предчувствие краха проекта, созданного по лекалам Йозефа Геббельса.

Словно фильм альтернативной истории раскручивается перед глазами зрителей. Киноэпопея «Что было бы, если бы Германией руководил Геббельс»?

Времена парадных маршей по «европам» для Пановой и Ройзмана давно позади. Проводя аллегорические аналогии с историей, уже минула их «Битва под Москвой» и «Курская Дуга». Пожалуй, бои идут уже на улицах Берлина, защищаемого остатками гитлерюгенда и потрепанными войсками СС. Конечно, Панова и Ройзман – не Адольф и вообще не фашисты, поэтому и защищают их пара персонажей из журналистской братии, которые уже давно вызывают у здравомыслящих людей совершенно конкретные чувства.

Первый – Ирек Муртазин – человек, который прославился тем, что, будучи пиарщиком Президента Татарстана, объявил его умершим, и впоследствии отсидел. Муртазин, правда, сошел с дистанции после грандиозного провала порученного ему мероприятия: рассказывая о нелегкой судьбе предков Аксаны Пановой, он проиллюстрировал депортацию татар фотографией погрузки гитлеровцами в вагоны евреев польского гетто. После этого все забыли про Панову, ради которой (и, говорят, на деньги которой) «похоронный пиарщик» старался, и обсуждали только этот ляп заказной журналистики.

Вторая – Юлия «Стрелка осциллографа - не-ракетчик» Латынина. Эта мастерица пера прославлена своим умением подтасовывать факты, скрепляя их домыслами, ничуть не заботясь о правдоподобности. Для Латыниной главное – чтобы ее тексты были «противвласти», а остальное не имеет никакого значения. Даже челябинский метеорит был ею поставлен на службу оппозиции – да так, что до сих пор хохочет вся страна.




Надо сказать, что Ройзман и Панова – действительно прекрасная пара, в которой они дополняют друг друга не хуже, чем два известных убийцы и грабителя Бонни и Клайд. Оба умеют выдумывать и рассказывать сказки, издеваясь при этом «за глаза» над теми, кто в эти сказки верит. Оба полагаются на наглость как основной фактор достижения превосходства над противником. Оба идут на любую ложь и спокойно меняют одну фальшивку на другую, даже в течение получаса. Оба были невероятно убедительны во лжи. Сейчас, впрочем, эти времена прошли и парочка стремительно теряет доверие аудитории.


А вот Аксане Пановой суд еще только предстоит. Да еще и по такому количеству статей Уголовного кодекса, что "Бонни" может запросто стать куда как более авторитетной уголовницей, чем ее "Клайд".


Спектакли, которые разыгрывают Ройзман и Панова перед доверчивой публикой, сложными сюжетами не отличаются.
Репертуар Ройзмана представлен несколькими драмами.

Главная из них - «Ройзман борется с наркотиками, а все кто считает иначе – наймиты наркоторговцев, потому что идет наркоэпидемия и с ней надо бороться».

И действительно, наркоэпидемия идет, причем в Екатеринбурге, где с ней более десяти лет якобы борется Ройзман, она была сильнее, чем в остальной России. А когда к руководству свердловской полицией пришел генерал Бородин и, вникнув в подробности организации местной преступности, отстранил Ройзмана от операций полиции против наркодельцов, полицейские стали изымать наркотиков в четыре раза больше.

Тут пошли очень нехорошие для "наркоборца" разговоры, т.к. даже сторонники Ройзмана (из числа не совсем уж упертых) стали подозревать, что полиция, начав ходить не по указке Ройзмана, стала накрывать точки самого «наркоборца», чем вводит его в сильное разорение.

Ройзман косвенно подтвердил подозрения в том, что это его наркобизнес попал под удар полиции – когда отреагировал на успехи полицейских не радостными словами одобрения, а наездом на полицию, которую стал обвинять в коррупции и в создании ОПГ. Ройзмановские заявления так и не подтвердились, а полиция изымать наркотики не перестала.


Второй спектакль в репертуаре Ройзмана – «Мы реабилитируем наркоманов, вылечивая их от наркозависимости». Конец этой сказке положила смерть реабилитантки Татьяны Казанцевой. Ройзман, который считает, что наркоманы – это животные, а не люди, не пригласил к умирающей Казанцевой медиков. В качестве «помощи» перед смертью от менингита, Казанцеву били ногами по голове – считая, что она притворяется.

Расследование обстоятельств смерти Татьяны Казанцеовй привело к тому, что в отношении сотрудников фонда «Город без наркотиков» были возбуждены несколько уголовных дел, а руководитель фонда Евгений Маленкин (тот самый, что, по утверждению Василисы Ковалевой, «отжимал» в пользу Ройзмана наркорынок), подался в бега и был объявлен в розыск.

Фонд «Горд без наркотиков» оказался обыкновенной частной тюрьмой, а его сотрудники совершили такое количество разбоев, грабежей, убийств и изнасилований, что и тут совершенно перестали отличаться от ОПГ.


А «старший по женскому бараку» Игорь Шабалин варил наркотик, действующий всего два часа, прямо на рабочем месте – в «реабилитационном центре». Где и на какие деньги покупал сырье для наркотиков Шабалин, Ройзман рассказывать не стал. А о том, что он ранее заявлял, будто бы все сотрудники «Города без наркотиков» проходят тестирование на наркотики – Ройзман немедленно забыл. Иначе пришлось бы объяснять странное - как и почему прошел эту проверку действующий наркоман Шабалин? Кстати, в Екатеринбурге ходят упорные слухи, что «боевики» Ройзмана пополняли запасы наркотиков и налички на «операциях» фонда – при налетах на квартиры наркоторговцев и наркопритоны.

Разгром наркоточки – дело, безусловно, позитивное, а вот перераспределение наркотиков между разными участниками нелегального рынка – криминал. Вряд ли люди, например, купившие «наркотик от Ройзмана», проживут дольше, чем купившие этот же наркотик у предыдущего владельца.

Ройзман, каждый раз, когда его сотрудники попадались на очередной краже, изнасиловании или разбое, открещивался от них.

Отсидев еще при советской власти, Ройзман вообще стал очень осторожным и даже не является сотрудником Фонда «Город без наркотиков». За него всегда должны попадать в тюрьму другие люди, на этом построена вся империя Ройзмана. Вероятно, он подсмотрел это правило у воров в законе.

Аксана Панова действует принципиально так же, но не конкурирует с Ройзманом на рынке наркотиков. Криминальная специализация Пановой – вымогательство, отмывание денег и мошенничество.

Ну а пишет Панова, когда в очередной раз врет людям, не сценарии боевиков, а женские романы.

Попав в серьезнейшие неприятности по общеуголовным преступлениям, Панова решила выкрутиться, за счет единственного навыка, который у нее есть: за счет пиара и лжи.


Логика Аксаны Пановой была незатейливой. Как она рассуждала, мы воспроизведем с большой степенью точности.

Современный российский уголовник имеет только один, пусть и не гарантированный, шанс избежать наказания за свои кражи, вымогательства, мошенничества или убийства: он должен попытаться стать «политическим».

«Политическим» можно стать только примкнув, хотя бы формально, к несистемной оппозиции.
Но мало объявить об оппозиционности, надо ее как-то проявить. Как? Понятно, что критикой власти и криками о преследовании за эту самую критику.

Пановой оставалось определиться с тем представителем власти, которого она должна покритиковать. Идеальной кандидатурой, конечно, был бы Владимир Путин. Но, как говорится, «где та Панова и где тот Путин»? Президент России вряд ли заметил бы критику провинциального таблоида, а Пановой было бы трудно объяснить, где она с Владимиром Владимировичем умудрилась пересечься аж до состояния конфликта.
И тогда горе-пиарщица выбрала самого главного представителя власти в доступной ей провинции – губернатора.

После того, как Панова определилась с личностью «врага оппозиционерки», ей нужно было экстренно изобрести причину «вражды с губернатором».

С причинами у Пановой было плохо, а время поджимало.

Чем располагала Панова на тот момент? Какое из качеств было бы неопровержимым? Не оппозиционность же, на самом деле – ведь оппозиционер из Пановой, награжденной каким-то значком МВД и осваивавшей бюджеты властей на пиар, получался плохой.

Правильно! Пол! Пусть Панова – женщина уже даже не бальзаковского возраста, и пусть на конкурсе «Мисс мира» ей вряд ли что-то светило, она все равно женщина.
А губернатор, что характерно – мужик.

Оставалось добавить чуть романтических ноток, погони побольше – и женский роман готов.

Вот так и родилась история якобы пылких романтических чувств губернатора Куйвашева и журналистки Аксаны Пановой (правда якобы беременной нежизнеспособным плодом от женатого Ройзмана, но это уже несущественно).


Роман этот писался Пановой «на коленке», в панике и быстро.
Поэтому и появились в нем история о том, как она «купала Артемку» (которому уже тогда годиков было столько, что в женское отделение бани его давно перестали пускать). Это была первоначальная версия. Латынина, увидев град критики, обрушившейся на Панову за «купание Артемки», подала ее менее комично.
Как к ней шел по улице Радищева, в сплошном потоке трамваев и машин, губернатор (при том, что в 22 часа, когда якобы все это действо происходило, на Радищева в Екатеринбурге пустынно, а трамваи уже не ходят).


Как поспешил губернатор ей первой сообщить о своем назначении (при том, что Указ президента об этом уже был обнародован)
Как она в халатике выскочила к губернатору из дому (пробежав мимо консьержа и множества людей в клубном доме «Тихвин», где у нее квартира), вместо того, чтобы натянуть джинсы и футболку.
И как они с губернатором гуляли по ночному Екатеринбургу – Панова в халатике, а он в гордости от своего назначения (на улице, как раскопали блогеры, в тот вечер было плюс 14, самое то для неспешных прогулок в халатике).

Ну а полиции была отведена роль сатрапов, «убивавших неродившегося ребенка Ройзмана и Пановой» и всячески над ней глумящихся. Панову, как обычно, не смутило, что раньше она уже рассказывала, о том, что ее ребенок был обречен, т.к. у него был порок сердца, несовместимый с жизнью.

Ну а потом появилась гиперактивная Латынина, пересказавшая одновременно боевик Ройзмана и женский роман Пановой, с неукротимостью скачущей стремительным домкратом стрелки осциллографа…

Если честно, все это уже очень скучно. Чрезвычайно дешевая получилась у Пановой, Ройзмана и Латыниной постановка, поверить ей могут только наиболее отъявленные «интернет-хомячки». Остальным уже давно понятно, что вранье Пановой и Ройзмана стало запредельным и нелепым. Вранье Пановой и Ройзмана поэтому перестало веселить, вызывает чувство гадливости и работает против самих лжецов.

Уже очевидно, что лучшие времена этих режиссеров остались позади. А впереди – суд, на котором придется отвечать за мошенничество и вымогательство. Ведь судьи читают материалы уголовного дела, а не сказки пиарщиков, в прошлом талантливых, а ныне погрязших в уголовщине.

среда, 12 июня 2013 г.

Крепкий орешек-3

Бывший юрист ельцинской администрации Руслан Орехов «кинул» своего ингушского партнера по бизнесу
Крупный бизнесмен, уроженец Ингушетии, Бекхан Хамчиев подал судебный иск в отношении бывшего замглавы ельцинской администрации Руслана Орехова, который одолжил у него 27 миллионов рублей. Теперь Тверской суд намерен взыскать с юриста около миллиона долларов.
Насколько известно, с Хамчиевым Руслан Орехов познакомился в бытность заместителем руководителя Главного государственно-правового управления (ГГПУ) Президента РФ. Тогда – в конце 90-х - Орехов входил в состав согласительной комиссии по урегулированию разногласий между органами государственной власти РФ и Республики Ингушетия. В свою очередь, Хамчиев, родственник супруги единоросса и депутата Госдумы Белана Хамчиева – Разеты. Ингушский предприниматель является соучредителем нескольких довольно таки крупных компаний «Альянс-Инвест» и «Стройиндикат», а также компании «Радиотелефонная сотовая связь Ингушетии». Частые поездки, совместная работа, как в Москве, так и в Магасе – все это легло в основу дружественных отношений местного олигарха и юриста. Известно, что Руслан Орехов брал крупные суммы денег, якобы для пользы общего дела, но возвращать иногда забывал. Впрочем, ингушского бизнесмена нельзя назвать невинной жертвой: маститый юрист и Хамчиев реализовывали, мягко говоря, сомнительные схемы по рейдерскому захвату объектов недвижимости и бизнеса.
Осведомлённый о ходе расследования источник сообщил, что невыполнение Ореховым финансовых обязательств может быть связано с неудачной рейдерской атакой на элитный подмосковный поселок «Росинка». Планы по отъему и продаже объекта недвижимости разбились о сопротивление его владельцев. Известно, что Орехов пообещал своему ингушскому другу привести строительную компанию бизнесмена «Стройиндикта» в качестве подрядчика.
Судебное разбирательство окончилось в пользу Хамчиева и теперь Руслана Орехова ждут мрачные перспективы. Материалы исполнительного производства гласят: «… установлено, что на исполнение к судебному приставу-исполнителю тверского районного отдела судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Москве Билецкой А.В. поступил исполнительный документ: исполнительный лист № ВС 020490062 от 20.09.2012, выданный органом: Тверской районный суд г. Москвы по делу № 2-3106/2012, вступившему в законную силу 07.09.2012, предмет исполнения: задолженность в размере 27 878 582,4 рубля, в отношении должника: Орехова Руслана Геннадьевича …».
Судебные приставы обложили юриста со всех сторон. Запросы уже разосланы в налоговые инспекции, банки, управления ГИБДД, управления государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве, Московской области, в управления ЗАГС. Задачей приставов было найти банковские счета, объекты недвижимости и другую собственность, которая могла бы погасить задолженность. Первые ответы на запросы оказались неутешительными, банковские счета были пустыми, автомобилей Орехов не имел, и лишь из управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве пришел ответ о том, что ему принадлежат три объекта недвижимости: четырехкомнатная квартира, площадью 102,9 квадратных метра на Долгоруковской улице, земельный участок площадью 15 соток в Подмосковье, а также жилой дом 369 квадратных метров. Приставы наложили арест на имущество должника, ограничили выезд из страны, запретили совершать какие-либо сделки с недвижимостью. Чуть позже должнику вручили телеграмму о возбуждении исполнительного производства. Орехов в свою очередь обратился в Тверской суд с заявлением о приостановлении исполнительного производства.
Это судебное дело стало логическим завершением деятельности «юриста высокого полета», карьера которого начиналась задолго до сегодняшних событий. Кроме того, юрист уже остался без престижного офиса в центре Москвы в Звонарском переулке, который отошел банку.
Родился Руслан Орехов в октябре 1963 года в Твери. В 22 года окончил юридический факультет Казахского государственного университета, затем работал на кафедре теории государства и права. Светлая голова и накопленные знания вряд ли могли быть востребованы вдали от столицы, и спустя какое-то время он перебрался в Москву. Здесь началась его политическая карьера. В 1989 году он стал инструктором организационно-инструкторского отдела исполкома Первомайского районного Совета г. Москвы, где познакомился с Сергеем Шахраем. После чего в его биографии произошел резкий карьерный взлет. Спустя всего четыре года Орехов возглавил Главное государственно-правовое управление Президента РФ, которое сам и создал.
Именно на этой должности он реализовал весь накопленный потенциал. Коллеги по управлению до сих пор вспоминают, что ни один важный документ не мог пройти без его подписи и одобрения. Уровень принятых решений соответствовал высоте занимаемой должности. По сути, Руслан Геннадьевич прикоснулся к историческому процессу раздела государственной собственности.
Блестящая карьера закончилась также быстро, как и началась. В 1999 году Орехова отправили в отставку с формулировкой «по собственному желанию». В реальности, кремлевский юрист засветился в скандалах вокруг «Газпрома», «Росвооружения» и «Почта-Банка», связанных с финансовыми махинациями. Говорят, что был еще один неприятный эпизод в кремлевской эпопее Орехова, после которого в стенах кремлевской администрации осталось о нем не самое хорошее мнение. 
В 1994 году Руслан Орехов вызвал к себе на «разбор полетов» зампреда Государственного таможенного комитета России Драганова, а также начальника отдела организации дознания Управления по борьбе с контрабандой ГТК Остапенко. Накануне в аэропорту «Домодедово» были задержаны казахские знакомые юриста – Тимур и Альфия Куанышевы. На руках у пассажиров авиарейса «Москва-Алма-Ата» было более одного миллиона долларов. Тогда кремлевский покровитель потребовал прекратить дело и вернуть изъятую таможенниками сумму.
Так или иначе, уход с госслужбы стал началом другого, не менее замечательного и стремительного, этапа в биографии Руслана Орехова. Бывший кремлевский юрист продолжил оказывать довольно сомнительные услуги, пользуясь наработанными связями в коридорах власти. Кстати говоря, он создал консалтинговую юридическую компанию, использовав в ее названии все те же аббревиатурные сокращения ГГПУ. Это позволяло вводить в заблуждение чиновников и предпринимателей, многие из которых полагали, что Орехов по-прежнему является влиятельным государственным служащим.
Ярким эпизодом стала сомнительная сделка со строительным проектом «Золотые ключи». В начале 2000-х Орехов начал совместный бизнес с Тариэлом Ониани, который, по даннам МВД России, является криминальным авторитетом и даже «вором в законе». Они стали соинвесторами бизнес-квартала, построенного на Минской улице. Дальше, Орехов не поставил в известность Ониани и продал «Золотые ключи» компании, владельцем которой был Иосиф Кобзон. За защитой от взбешенного таким шагом криминального авторитета, Орехов обратился к своему давнему партнеру по бизнесу, депутату Госдумы от фракции «Единство» Баширу Кодзоеву, который имел серьезные связи в МВД. В результате 15 марта 2001 года, когда депутат Башир Кодзоев выходил из офиса Орехова в бизнес-центре в Звонарском переулке, неизвестные открыли по нему огонь из автомата Калашникова. В итоге погиб охранник депутата, а сам Кодзоев получил проникающие ранения грудной клетки и руки.
Это не отразилось на дружбе Кодзоева и Орехова, и уже в мае 2004 года два приятеля стали во главе рейдерского захвата Верхнеленского речного пароходства. Тогда сотрудники Киренской и Алексеевской ремонтно-эксплуатационных баз флота отказались подчиняться новому руководству и перекрыли фарватер реки Лена. Выяснилось, что за фактическим банкротством и попыткой рейдерского захвата речного предприятия стоит некое ЗАО «Лаэна», учредителями которой являлись сын министра юстиции РФ Юрия Чайки и знакомый нам депутат Госдумы Башир Кодзоев. Руслан Орехов при этом якобы занимался планированием и осуществлением самого захвата: были подделаны документы, налажены договоренности с банками и судами. Однако конфликт в очередной раз удалось «замять».
Похоже, что дело «Росинки» стало лебединой песней Руслана Геннадьевича. Впрочем, Орехову удавалось выходить и не из таких передряг. Так что остается надеяться на порядочность судебных и исполнительных органов, которые быть может, доведут дело до логического конца.

Близкий соратник Ельцина оказался в долговой яме
С бывшего замглавы АП РФ Руслана Орехова намереваются взыскать около 1 млн. $  в пользу влиятельных выходцев из Ингушетии
В отношении экс-замруководителя ельциновской администрации Руслана Орехова возбуждено исполнительное производство о взыскании более 27 млн.руб, - сообщили источники в Тверском районном суде г. Москвы. В качестве истца выступает Бекхан Хамчиев, -  уроженец Ингушетии, крупный бизнесмен, которому принадлежат ООО «Альянс-Инвест» и ЗАО «Стройиндикат», а также ЗАО «Радиотелефонная сотовая связь Ингушетии».
Согласно источнику, Руслан Орехов, заслуженный юрист РФ, возглавлявший Главное государственно-правовое управление Президента РФ при Ельцине, в   интересах общего дела взял у партнера Бекхана Хамчиева крупную сумму денег, однако, так и не выполнил обозначенные договоренности.
По некоторым данным, в настоящее время Руслан Орехов может иметь отношение к реализации рейдерских и других сомнительных схем и операций. В частности, он на протяжении нескольких лет пытается совершить рейдерский захват элитного подмосковного коттеджного поселка «Росинка», в связи с чем и предложил участие в отъеме бизнеса влиятельному предпринимателю Бекхану Хамчиеву. Важные контакты с представителями республики Ингушетия Орехов установил, когда был заместителем председателя согласительной комиссии по урегулированию разногласий между органами государственной власти РФ и Республики Ингушетия в конце 90-х гг., эти связи нередко выручали его при возникновении каких-либо силовых конфликтов.
 Орехов также пообещал оформить подрядчиком компанию ингушского бизнесмена «Стройиндикат», занимающуюся строительством и ликвидацией объектов, для передела инфраструктуры в поселке «Росинка» после смещения собственников.
Однако попытка рейдерского захвата не удалась, и Руслан Орехов, не вернув вышеупомянутую сумму, просто скрылся. Отчаявшийся вернуть долг Хамчиев обратился в суд.